Игорь Скляр: «Наши шкафы стоят в Администрации Президента»




Игорь Скляр: «Наши шкафы стоят в Администрации Президента»



Почему крымские устрицы перекочевали в Калугу, а китайские производители металлической мебели не конкуренты российским? О потребностях малого бизнеса и значимости его поддержки, а также о перспективах на рынке металлической мебели мы поговорили с соучредителем ООО «КМК Завод» Игорем Скляром



Игорь Скляр, соучредитель ООО «КМК Завод».jpgЭкспортёры России: Игорь Николаевич, как появилась идея создания компании? Если не ошибаюсь, уже в 1997 году вы поставляли шкаф для фильма…


Игорь Скляр: Да, «Досье детектива Дубровского»



Э. Р.: И на тот момент уже существовала компания?


И. С.: Нет, тогда существовал коллектив. То есть, компания, начиная с учредительства, существует с 1997 года, а именно на «КМК завод зарегистрирован в 2010 году. В 1997 году был практически тот же состав учредителей, но другая компания, и название другое. А сейчас пришлось юридически заново оформлять «КМК Завод». Но нам к этому не привыкать, как в 1997 года мы с нуля развивали компанию, так и в 2010 году.



Э. Р.: Но все-таки почему именно металлическая мебель?


И. С.: Во-первых, наши технические специалисты. Я по образованию экономист, и в технических вопросах не настолько силен, а ребята, которые технари, – они выходцы с калужских заводов, непосредственно с «Калугаприбора», и им ближе была обработка металла. Смысл терять наработки, когда есть то, что ближе душе? Есть четыре раздела, которыми мы точно заниматься не будем: это торговля нефтью, драгметаллами, оружием и наркотиками, а нет, еще есть пятый – людьми. А насчет остального можно подумать, помечтать. И вот, опять же, занялись мы именно металлической мебелью. Почему производством? Потому что добавочная стоимость нигде так не аккумулируется, как на производстве. Имея свои производственные мощности, даже кредит в банке брать проще, проще разговаривать с госструктурами, когда ты производитель. Когда ты посредник и заявляешь: «Вот, у меня есть семь дипломов, пятнадцать контрактов» – бесполезно. Когда ты производитель, тебя совершенно по-другому воспринимают.



Э. Р.: Раз речь зашла о взаимоотношениях с государством, расскажите, есть ли поддержка со стороны государства для вас? Финансовая, нефинансовая?


И. С.: Да, поддержка существует. Почему-то, когда говорят о государстве, подразумевают именно финансовую поддержку. У нас есть субсидирование выставок, субсидирование процентной ставки кредитов, льготы на приобретение в лизинг. Например, мы сейчас приобретаем станок, и под весьма неплохой процент в нынешних условиях, потому что нам открыли кредит через фонд поддержки.


Малому бизнесу, в частности нам, нужна не столько материальная поддержка – деньги мы и сами сможем заработать – нам нужна информационная поддержка. Я и в Торгово-промышленной палате об этом говорю, и везде, где встречаюсь с чиновниками.


Вот буквально вчера в Фейсбуке публиковал, как говориться вопль вопиющего в пустыне: у нас в Калужской области открыли, оказывается, проект по выращиванию креветок, и об этом между делом Андрей Даниленко* просто упомянул в эфире «Вести FM». В Крыму не могут никак открыть такое производство, потому что там не идет на контакт администрация, но те же самые производители приехали в Калужскую область, пообщались с замминистра по сельскому хозяйству Калужской области, и проект уже стартовал. Я не пойму, почему об этом никто не говорит? Почему мы, работая в одном регионе, друг о друге узнали в Казахстане, когда приехали шесть производителей, встали на стенде и друг друга увидели.


Даже если мы говорим о ресурсах, как ваш портал: у Минэкономразвития тоже есть ресурс с размещением экспортеров Калужской области, я говорю: «Подождите, я вот познакомился с ресурсом «Экспортёры России», коль он уже создан, почему бы не усилить развитие того, что уже работает, чем заново плодить и из пушки по воробьям стрелять?». И каждый стремится свой ресурс продвинуть и показать свою значимость, мол, а я вот так поддержу бизнес. Я им и сказал, что нам надо сделать одну площадку, где будет постоянно действующая выставка всех калужских предпринимателей, которые что-то делают, пусть она будет интерактивная, пусть в виде буклетов, каталогов и так далее, но, чтобы люди могли прийти в одно место и получить исчерпывающую информацию. Говорят: «А вот есть в Интернете». Да я знаю, что есть в Интернете, но я общался с Браверманом** в Торгово-промышленной палате, и говорю ему:


- Александр Арнольдович, а можно узнать: где и как вы поддерживаете?

- Зайдите к нам на сайт, и все узнаете

- Но для того, чтобы мне узнать о вашем сайте, мне надо было вот здесь вас услышать, до этого же про сайт ничего не слышно было, все же молчат.


Я в Торгово-промышленной палате задал вопрос:


- Есть сайт Торгово-промышленной палаты, вас послушаешь – у вас столько проектов по поддержке бизнеса, а где информация?

- Как где? На сайте.

- А кто эту информацию видит на этом сайте? Для кого он создан?

- Как, президент же палаты увидел?


Но это все равно, что мне маркетолог придет и скажет: «Вот видите, я дал рекламу», я подпишу ее, и что? А где будут заказы? Мои заказчики будут видеть эту рекламу? Нет. Но маркетолог зарплату получит, вопрос: за что он ее получил? Когда начинаю такие вопросы задавать, чиновники удивленно на меня смотрят: а действительно… Действительно… Я Браверману говорю:


- А вы знаете про сайт «КМК завода»?

- Нет

- Но это же мой недостаток, что вы не знаете мой сайт? А вы мне ставите в недостаток еще и то, что я не знаю ваш сайт.


Надо как-то обмениваться информацией. Сейчас корпорация МСП разрабатывает бизнес-карту. То есть, если я захочу на перекрёстке Горького и Ленина в Калуге поставить киоск с шаурмой, то мне эта бизнес-карта покажет: сколько мне надо стульев купить, где рекламу дать, сколько людей нанять, и у меня бизнес будет, но почему-то бизнес не появляется. И я объясняю им: «Вы идете по пути создания чего-то нового, вы поддержите то, что уже есть, и дайте нам толчок».


На примере Калужской области я вижу, что стараются возить бизнес-миссии за рубеж. Вот такая поддержка нужна! Для этого нужно не так много денег, тем более, что перелет мы, участники, берем на себя, питание, проживание – тоже. Эффект есть, когда это концентрировано, например, приехала делегация Калужской области в Казахстан, тут же и торгпред приехал, и представители ТПП – административный ресурс был весьма мощно задействован для общения. А если бы я, просто калужский бизнесмен, приехал в Астану? Кто бы со мной разговаривал? Никто и ни о чем.


То есть, поддержка есть, к сожалению, она не так доступна. Даже Фонд по поддержки предпринимательства Калужской области, я это говорил всем, включая директора Фонда, находится в четырехэтажном здании, три этажа занимает Сбербанк, они – на четвертом, нигде: ни на улице, ни на фасаде, слова нет о том, что здесь сидит Фонд поддержки развития бизнеса Калужской области, где можно взять льготные кредиты, поучаствовать в бизнес-миссиях, получить помощь в печати буклетов, каталогов и так далее. Почему? Почему вы об этом молчите? Вы как-то стесняетесь говорить о том, что вы помогаете.



Э. Р.: Как же вы про них узнали?


И. С.: Так и узнали: мы пришли в Сбербанк, начали скандалить там по поводу кредита, потому что ставка 29%, на что они нам сказали: «Если вам нужен льготный кредит, поднимитесь на четвертый этаж».


Поддержка какая-то распыленная, можно же Торгово-промышленную палату задействовать как структуру между государством и бизнесом, она, собственно, для этого и создавалась, просто, к сожалению, ее ресурс растерян и компетенции потеряны, грубо говоря, потому что на сегодняшний день в Калужской области она существует формально, в виде маленького отдела. В Тульской области ровно наоборот, очень сильные позиции у Торгово-промышленной палаты. То есть, все зависит от региона, от активности. В Казахстане, например, ликвидировали представительство ТТП РФ, хотя в Германии она существует, в Австрии существует, а в Казахстане – один представитель ТПП на всю Среднюю Азию, что он успеет сделать?



Э. Р.: Знаете, как говорят многие предприниматели, когда я их спрашиваю про экспорт: «Казахстан – это же свои, Таможенный союз, мы его за экспорт не считаем»


И. С.: Но это же в любом случае экспорт. Для меня было новостью то, что Украина не может платить в рублях – официальный запрет. Они обязаны платить только в валюте. А в Латвии никаких запретов нет, человек имеет рублевый счет и платит мне в рублях. Опять же, благодаря развитию Центра поддержки экспорта в Калуге я и льготных брокеров нашел для Латвии, которые уже все знают, и мне не надо время тратить, кого-то нанимать – это тоже поддержка. Но, опять же, об этой поддержке не говорят.


Белоруссия тоже является страной экспорта для нас, потому что основное отличие экспорта – это цена без НДС, и потом – это самое интересное – возмещение этого НДС. Допустим с нашей продукцией мы пока себя не то чтобы вольготно чувствуем, но конкуренции мало. Однако, мы с оглядкой посматриваем на Китай, потому что тот же самый Казахстан плотно везде занимают китайские производители. У них там проще с растаможкой, дешевле логистика, хотя, казалось бы, Единый Таможенный союз.



Э. Р.: Есть сложности с возвратом НДС?


И. С.: Во-первых, долго. На пресс-конференции, которая была в Астане, я задавал вопрос руководителю налоговой службы Астаны. Я спросил: «Вы заявляете, что вы сейчас переводите все в электронный формат, то есть, товар пересек границу, и вы в электронном виде уже видите: какой товар заехал, на какую сумму и так далее. Вопрос: зачем тогда у нас в контрактах с Казахстаном присутствует уведомление об уплате косвенных налогов? Зачем мне ваши косвенные налоги на территории Казахстана: уплатили вы их, не уплатили, товар границу пересек? Есть отметка налоговых органов? Все». В той же самой Латвии мне достаточно отметки таможни о пересечении границы, и я уже с этим заявлением иду в свою налоговую для возмещения НДС, но с большим скрипом. Надо как-то дорабатывать это, потому что три месяца ждать возмещения НДС – это никуда не годится.


А про экспорт или не экспорт, вот у меня специально сидит человек, который ежеквартально сдает отчеты в таможню о продаже товара в Белоруссию и Казахстан. У нас даже не разберешься, кому бизнес подчиняется, потому что мы попытались один раз отчет не сдать, пришло уведомление о том, что нас оштрафовали на такую-то сумму за непредставление информации, хотя какая проблема налоговой службе, куда я отчитываюсь ежемесячно, взять и отдать эту информацию таможне: такой-то экспортер, на такую-то сумму продал.



Э. Р.: Сейчас же планируют объединить налоговую службу и ФТС.


И. С.: Мы об этом говорили на встрече как раз с Браверманом. Сидели налоговики, кивали головами, но как они потом объяснили, это все в планах, и вроде бы как, хотят и фонды пенсионные и социального страхования ликвидировать, но это тоже только планы. А как это будет на самом деле, думаю, не знает никто.



Э. Р.: Что же, поживем – увидим… Игорь Николаевич, вернемся к странам экспорта, куда еще поставляете товар?


И. С.: Поставки в Белоруссию и Казахстан у нас велись практически с момента создания завода (с 2010 года), в Киргизию – с 2011 года, Украина импортировала с 2012 года, потом прекратила, и сейчас, с 2016 года – Латвия. У нас товар довольно специфический: его редко закупают сразу большими партиями, а по единичным партиям – достаточно часто, и многие из наших дилеров продают на экспорт. Когда мы выходили на рынок Латвии, мы уже знали, что в Польше, в Германии, наш товар знают, есть отзывы, мы знаем, через кого из дилеров этот товар туда поступает, потому что, когда дилер подает на возмещение НДС, мы тут же понимаем, кто и куда продал.



Э. Р.: И как много дилеров?


И. С.: В настоящий момент более 150, среди них есть, естественно, те, которые являются не только дилерами, но и дистрибьютерами, таких немного, к сожалению. Бизнес учит, что 20% клиентов должны давать 80% оборота, а не наоборот, поэтому мы стараемся поддерживать дистрибьютеров, дилеров.


Даже на рынок Казахстана мы выходили через эксклюзивного дилера, которому были отданы все контакты, и как только клиенты приходили к нам напрямую все равно эти контакты возвращались к этому дилеру туда. Но потом, увы и ах, такие эксклюзивные дилеры не выдерживают взятых на себя обязательств. Регионального географического деления здесь нет, и любому дилеру я говорю: «Хорошо, я дам тебе географическую монополию в обмен на твои обязательства», но многие потом не могут исполнять условия.


В Казахстане у нас сейчас более 5 дилеров, в Белоруссии – более 7 дилеров, которые, в том числе, продают дальше на экспорт уже из своих стран. Но вся продукция надежная, качественная и сертифицированная, поэтому, нам не стыдно.



Э. Р.: Вы изначально создавались как экспортно ориентированное предприятие? Как вышли на экспорт.


И. С.: Нет, случайно вышли, более того, почему я уделяю больше внимания именно развитию экспорта в нашем направлении, потому что кризис. Когда евро был 40 рублей, мы были не настолько конкурентоспособны, когда евро достиг почти 80 рублей – мы стали очень конкурентоспособны в Европе. Мы сейчас сушильный шкаф продали в Киев, у нас он стоит 300 евро, а в Европе цена начинается от 600. По техническому уровню наш шкаф превосходит конкурента, по уровню эстетики – проигрывает, если говорить про дизайн. Конечно, у шведских производителей это более совершенно, потому что они развивались на протяжении 70 лет, у нас такого развития в период Советского Союза, к сожалению, не было, у нас не уделялось должного внимания потребительским свойствам товара. Стараемся это наращивать, но все сразу не делается. Мы делаем достойный шкаф, который соответствует требованиям цена-качество.



Э. Р.: То есть, с тех пор как рубль начал падать, объемы экспорта ощутимо увеличились?


И. С.: Да. По крайней мере, даже интерес на Западе растет. Вот завод «Континентал Калуга»*** – весь объем полностью расписан на экспорт. На российский рынок потребления завод практически ничего не отгружает, потому что при существующем ценовом соотношении они очень востребованы там.



Э. Р.: А какой у вас процент экспорта?


И. С.: До 20%. Знаете, спрос рождает предложение. Если сейчас на российском рынке, чего скрывать, спрос падает, то что мне делать? Если бы я занимался просто торговым бизнесом, то повесил замок на склад и ушел, но когда занимаешься производством, когда станки, люди… А рабочий класс на сегодняшний день – не доступный для производителя ресурс, и если людей сейчас уволить, то где мы их потом наберем? Их заберут другие производители, у которых такой же дефицит с рабочими кадрами. Сейчас очень много юристов, маркетологов, директоров, менеджеров, но очень мало квалифицированного рабочего класса. Я приведу пример с китайскими, назовем их – партнерами по рынку. Я говорю им: «Надо будет 10 тысяч – произведем 10 тысяч, надо будет 100 тысяч – произведем 100 тысяч, вы главное заказы дайте».



Э. Р.: У вас есть партнеры в Китае?


И. С.: Нет, просто я туда несколько раз летал на переговоры, смотрел, изучал их мощности, возможности и для себя взвешивал риски конкуренции с китайскими производителями. Я понял, что если речь пойдет о ширпотребе, то, конечно, Китай может нас «потеснить», потому что у них все основано именно на массовом производстве. Но когда надо какую-то уникальность добавить, то Китай тут проигрывает сразу: и ценник уже не тот, и логистика, и заморозка оборотных средств, поэтому нам Китай был неинтересен.



Э. Р.: К слову об уникальности, вы готовы подстраиваться под индивидуальные потребности покупателя?


И. С.: У нас производство не крупносерийное, но и не индивидуальное. Любой заказ мы рассматриваем. Если, например, клиент попросит перекрасить, доработать изделие, и у нас есть возможность, то мы сделаем. Мы смотрим, изучаем, если нам это пригодиться в дальнейшем, то какие проблемы? А если это изделие совершенно не наше, не из нашей отрасли, то мы, конечно, вежливо отказываем.



Э. Р.: Зачастую вы выходите на клиентов, или они выходят на вас?


И. С.: Мы стараемся выходить и сами, но и привлекаем торговых партнеров, потому что с ними проще, надо просто объяснить человеку, что он может на этом заработать: по СанПиНу любое раздевальное помещение должно быть оборудовано сушильной комнатой. Мы предлагаем повысить эффективность использования этих площадей, например, поставить два сушильных шкафа, а комнату, которая должна была быть сушильной, можно использовать под что-то другое.


Мы когда начинали развивать это направление, было разработано две презентации. Первая гласила: если вы купите наши сушильные шкафы, то ваши рабочие, одевая теплую телогрейку по утрам, будут хвалить вас как работодателя и хорошо работать.


Вторая презентация: если ваши рабочие будут сушить одежду с использованием наших шкафов, а не на батареях, как это принято с советских времен, то вы будете терять меньше на простое оборудования, потому что рабочий не будет болеть, будете меньше тратить на выплату больничных листов и всего остального, и ваш бизнес будет эффективнее.


В принципе, одно и тоже, человек с утра одел сухую одежду, но одним нужна вот эта презентация, а другим – вот та. И рынка по сушильным шкафам, как такого, в России не было, мы его сами сформировали, нам есть чем гордиться.



Э. Р.: То есть, у вас фактически нет конкурентов?


И. С.: Постепенно появляются, но по сушильным шкафам мы были первыми в России. Сейчас, конечно, нас поджимают, но по потребительским свойствам и в соотношении цена-качество, пока мы все равно первые. Нам это тоже приятно, когда есть конкуренция, видно к чему стремиться, как дорабатывать свои изделия.



Э. Р.: Игорь Николаевич, расскажите, какие рынки для вас наиболее перспективны?


И. С.: Германия, Франция, Италия. Почему Франция, Италия? Потому что там очень развит горнолыжный спорт, и нам это было бы интересно именно в плане продажи сушильных шкафов для одежды.



Э. Р.: И какие-то шаги уже делаете в направлении этих рынков или это пока только план?


И. С.: Шаги делаем: с Калужской областью сейчас ведем переговоры, чтобы осенью поехать на вставку либо в Чехию, либо в Германию, сейчас это на стадии обсуждения.



Э. Р.: Часто ездите на международные выставки, конференции?


И. С.: Нет, потому что, во-первых, для нас было основное – участие в российских выставках, в том числе в международных: по итогам года – мебельная выставка и в начале года – выставка автосервисная. Этого было достаточно, пока внутренний рынок рос. Когда спрос здесь стал падать – естественно, взоры все обратились на зарубежье, то есть сейчас немножко переориентируемся.


Нам интересна еще и Австрия, интересно встретиться с теми, кто занимается этим бизнесом, предложить им свои услуги, чтобы мы производили под их брендами товар с учетом потребностей. К нам даже приезжали австрийские производители, чтобы в России делать товар под их брендом, максимально обезличено с нашей стороны, но потом они куда-то пропали. Нам интересно встретиться, пообщаться, в том числе, на тему оборудования для автосервисов, для гаражей, встретиться именно с торговыми компаниями на Западе, предложить им нашу стандартную продукцию и обсудить с ними какие-то направления, планы, что можно делать еще.



Э. Р.: Вы участвуете в тендерах? Российских, зарубежных?


И. С.: В зарубежных – нет, в российских – участвуем, но у меня уже большой скепсис по поводу участия в них. Процент выигрыша очень мизерный, потому что, либо техзадание написано так, что ты снимаешь заявку на втором, заключительном этапе, либо цена указана нереальная, заниженная… И сколько случаев было, когда мои же дилеры выигрывали эти тендеры, а потом у меня покупали дороже, чем продали. Какой смысл бизнеса?



Э. Р.: Игорь Николаевич, Вы знакомы с такой процедурой как страхование экспортных сделок?


И. С.: Я слышал об этом. На сегодняшний день я не требую 100% предоплаты сразу, только за материалы, но перед отгрузкой товара все деньги должны быть уже у меня. Товар готов – пусть высылают своего комиссара, пусть смотрит, что все готово, опечатывает его – высылайте деньги, товар поехал с завода. Поэтому нам сейчас пока услуги по страхованию экспортных сделок не нужны, вот если бы у меня были проблемы с отсрочкой платежа, тогда бы мне понадобилось, но пока не сталкивался с необходимостью.



Э. Р.: Какие каналы продаж для вас наиболее эффективны? Сайт, выставки…


И. С.: В первую очередь сайт, но с поддержкой выставок, потому что какая бы у меня не была красивая презентация, пока человек вживую не откроет, не включит, не посмотрит, как работает вентилятор: шумно-нешумно, насколько эффективно, как переключаются программы – решение о приобретении именно моей продукции он не примет.


Также у меня партнер занимается паркетом, лидер по продаже паркета в России, и он тоже сталкивается с тем, что пока человек не приедет, не посмотрит паркет, туфлями не поцокает – бесполезно. И звезды приходят, заказывают.



Э. Р.: Это уже можно в качестве рекламы использовать.


И. С.: Да, и наши шкафы стоят в Администрации Президента Российской Федерации с 1998 года, в его охотничьих угодьях в Подмосковье. Мы вытеснили оттуда шведские шкафы, поставили наши, и со стороны ФСО на сегодняшний день нареканий нет.



Э. Р.: Я уже знаю, что будет заголовком к интервью. Какой вы видите компанию через пять лет?


И. С.: Пусть это амбициозно, но все же: хотим стать лидерами по производству сушильных шкафов и автосервисного оборудования не только на российском рынке, но и на зарубежном. Мне кажется, это нам по силам.



Э. Р.: Экспансию на другие материки планируете?


И. С.: Честно говоря, пока об этому не задумываемся, потому что здесь бы освоить, а дальше будет видно. Почему бы и нет.



Э. Р.: Надеюсь, исполнение плана не заставит себя ждать. Спасибо за интересную беседу.




Беседу вела Анастасия Мякота,   

корреспондент портала «Экспортеры России»





* Андрей Даниленко – предприниматель, председатель правления Национального союза производителей молока «Союзмолоко», эксперт промышленного комитета ОНФ.


** Браверман Александр Арнольдович – генеральный директор АО «Федеральная корпорация по развитию малого и среднего предпринимательства»


*** ООО «Континентал Калуга» занимается производством резиновых шин, покрышек и камер



Поделиться:

Поделиться Поделиться Поделиться Поделиться Поделиться Поделиться

Главные новости


15.07.2019 Экспорт российской бижутерии во Францию вырос в 3 раза

Экспорт российской бижутерии во Францию вырос в 3 раза за пять месяцев 2019 года по сравнению с анал...

15.07.2019 Российский экспорт обоев вырос на 11%

Российский экспорт обоев вырос на 11% в период с января по май 2019 года по сравнению с аналогич...

15.07.2019 Российский экспорт детской одежды в Великобританию вырос на 38%

Российский экспорт детской одежды в Великобританию вырос на 38% в январе-мае 2019 года по сравне...

Топ мероприятий


27.11.2019 Бизнес-миссия в Бишкек, Киргизия

С 27 по 29 ноября 2019 года состоится бизнес-миссия российских предпринимателей в Республику Киргизи...

18.11.2019 V Национальная премия "Приоритет – 2019"

Приглашаем принять участие в главной премии в области импортозамещения – «ПРИОРИТЕТ – 2019»

10.11.2019 Бизнес-миссия в Хошимин, Вьетнам

С 10 по 14 ноября 2019 года состоится бизнес-миссия российских предпринимателей во Вьетнам.

Интервью с Экспортером


30.10.2018 Артём Багнюк: «Надеюсь, что у наших детей будет интерес к тому делу, к...

Об активном развитии семейного бизнеса, модернизации производства, экспортной стратегии нам рассказа...

03.04.2018 Андрей Кучерявенков: «Активный старт к зарубежным рынкам у нас был в 2...

У российской электроники хорошие перспективы на международных рынках – высокая надежность и конкурен...

29.12.2017 Иван Гусев: «Выход на европейский рынок – крайне сложный процесс»

В Ярославле подвели итоги регионального конкурса «Лучший экспортер». В этом году его впервые проводи...

28.12.2017 Виктор Баранов: «Все шокированы нашей ягодой»

Есть случаи, когда сладкая жизнь – вовсе не метафора, например, если на приусадебном участке растет ...

Практика ВЭД


08.05.2019 Наталья КОРНИЕНКО: «Если мы встретились, то экспорт будет – 100%»

Экспортировать может любой производитель – это рабочий девиз «Центра поддержки экспорта Саратовской ...

11.04.2019 Экспорт онлайн

Можно ли заключить внешнеторговый контракт через Интернет? Можно ли пройти таможенное оформление с т...

12.12.2018 Инструментарий налогового контроля расширяется: что от этого выигрыва...

Сегодня размер средней выручки на одну кассу вдвое превышает тот, который был до начала реформы.

16.11.2018 Подтверждать нулевую ставку НДС стало проще

Новые правила для экспортеров, внесенные Федеральным законом от 03.08.2018 № 302-ФЗ, заработали с 1 ...

Наши партнеры